Мы пересекли черту резервации по реке - в сельве данное единственная транспортная автодорога, по “обочинам” какой лепятся поселения всяких племенных групп. Многие из них осели здесь не столь давно, покинув насиженные районы в обмен на защиту от произвола земледельцев и скотоводов. Индейцы калапало наступили в верховья Шингу с юга, а еще продолжительно возвращались на коренные земли, дабы собрать плоды в оставленных фруктовых рощах, и засеять маниокой, бататом и хлопком осиротевшие поля. Частыми визитами индейцы вызывали недовольство последних землевладельцев - большой скотоводческой фермы. Но калапало старались назад вовсе не из ностальгических побуждений. Индейцы, как растения, с колоссальным трудом выносят “пересадку”. Сельва, само собой разумеется, место надежное, а малопригодное для существования - плодородный пласт почвы в дождевом тропическом лесу почти отсутствует. За длинные годы привыкания “амазоны” сформировали особый подход к природопользованию в здешних условиях: точно - ждать милостей от природы, брать их умеренно, абы ни в котором случае ей не навредить. Они никогда не скапливают с отдела обрабатываемой земли более двух урожаев, дабы избежать истощения гумуса, понимают когда и сколько можно выловить рыбы, абы косяки не отошли в второе место, как собирать съедобные плоды, дабы они опять уродились. Их потребности приспособлены к возможностям среды обитания, и перемена этой среды нередко ведет к гибели. Сейчас калапало всецело освоились в своих двух последних деревнях, где проживают немногим более 400 индейцев племени. Деревня Тангуро, куда доставил меня Жьиуауа, данное восемь крупных хижин, любую из коих занимает одна община. Она является синхронно минимальной “ячейкой” калапальского общества и всецело самостоятельным “хозяйствующим субъектом”. В общину чаще всего входят члены одной семьи, а в зависимости от фактических взглядов между людьми калапало могут присоединяться к той “ячейке”, каковая им крупнее нравится. Время от времени индейцы шевелятся из одной общины в вторую, и даже создают собственные, в том количестве по пристрастиям. Хозяйство у членов общины, конечно, общее и опирается на известном нам принципе: “от каждого - по способностям, каждому - по потребностям”. Взрослый индеец должен вносить свой вклад в постоянную добычу пропитания, а, тем не менее, его доля еды останется за ним, даже если он по уважительной причине, скажем по болезни, ничего и не провел. Правило не истекает на членов иных общин, и, более того, считается невежливым злоупотреблять доброжелательностью людей вне личной группы. Это не стало быть, что калапало обитают своим “домком” - социальная жизнь для них не менее значима, чем ежедневный стол. Так что гости за настоящим столом - явление типичное.
|